И всё же Лоранс

«Несправедливость», «притеснения», «дискриминация» – эти самые слова, застрявшие тонкой чёрной линией посреди ослепительно-белого поискового окна Google, резали мой уставший глаз. Именно по этим словам я искал фильм для разбора и, как-то сам того не заметив, вышел на фильмографию своего любимого режиссёра – Ксавье Долана.

Видимо, утомлённый долгим рабочим днём и не менее долгим поиском нужного произведения, я решил, что разобрать какую-либо из картин кинематографиста, чьим творчеством я так восторгаюсь – это по-настоящему хорошая идея.

Возможно, так оно и есть. Но при этом я абсолютно забыл что именно меня так привлекает в его фильмах…

Сложность… Меня привлекает их сложность… Так что написание этой статьи так же оказалось процессом сложным.

Но что же такого непростого можно найти в лентах Ксавье Долана? А то что сюжеты его фильмов очень сложно описать. Тем более, «в двух словах». В них практически нет ярко-выраженного действия и динамики. История любого его творения фокусируется на внутренних ощущениях героя, на его поисках. Поисках себя…

И тот фильм, что выбрал я не стал исключением. Это картина 2012 года…

 

«И всё же Лоранс»   

В центре сюжета находится Лоранс Алия (Мельвиль Пупо) – преподаватель литературы и талантливый писатель. Он состоит в невероятно близких отношениях с девушкой по имени Фред Беллер (Сюзанн Клеман), которая является не только его пассией, но и, в прямом смысле этого слова, второй половинкой Лоранса.

Казалось бы – жизнь удалась! Гармоничные отношения, любимая работа… Кроме того, главному герою ещё и собираются вручить престижную литературную премию… Но всё это нисколько не делает Лоранса счастливым. Он чувствует себя… Неправильным.

И вот, в свои 35 лет он понимает, что не может больше жить в теле мужчины… О чём и сообщает своей âme sœur [1]…

Когда я говорил о том, что в фильмах Долана мало «фактического» действия, я имел в виду именно это. Дело в том, что я сейчас описал около 70% того что реально происходит в картине. Но это только первые 20 – 30 минут из общего хронометража в 2 часа 46 минут. Всё же остальное является внутренними поисками главных героев. Поисками, за которыми безумно интересно наблюдать.

 

Ядро конфликта   

Да, с объективной точки зрения описанный конфликт может показаться крайне банальным, а выход из него – очевидным. Однако всё не так просто, как кажется на первый взгляд. Возникшее между героями обстоятельство поднимает огромное количество вопросов, которые ещё больше запутывают ситуацию.

«Если я люблю человека, значит я готов(а) пройти с ним через любые сложности и трансформации» — «Но если он(а) трансформируется, то соответственно перестанет быть тем человеком, которого я люблю» — «Значит, я люблю этого человека только за его пол?»

Вот такую сложную структуру размышления предлагает нам фильм. И найти однозначное и объективное решение этой задаче невозможно. А всё потому что «И всё же Лоранс» — как впрочем, и остальные фильмы Долана – не про объективность…

 

Субъективность и откровенность

В этом и кроется вся суть произведений Ксавье Долана. Его фильмы максимально субъективны…

И максимально откровенны.

Вот и данный фильм откровенен, но не скабрезен. В нём много сексуальных подтекстов, но сам секс не показывается, а человеческое тело — не объективируется.

Персонажи этой картины будто бы вывернуты на изнанку. Мы, как сторонние наблюдатели, зачастую видим то, что не должны видеть – потаённые уголки души, сокрытые желания, внутренние слабости…

И возможно такая откровенность может даже вызывать некое чувство дискомфорта. Ощущение, что ты подглядываешь за чем-то сверхинтимным.

Но это и есть главная особенность Долановской драматургии. Сюжеты многих его фильмов строятся не столько на преодолении внешних обстоятельств, сколько на стремлении главного героя найти некий неуловимый внутренний баланс, научиться жить с самим собой.

«И всё же Лоранс» — яркое тому подтверждение. Всё повествование буквально замкнуто на переживаниях Лоранса и Фред. Даже визуальный ряд отображает не то, что герои делают в кадре, но то, что они ощущают -их настроение, их эмоции, их состояние. И эта чувственная репрезентация подчёркнуто отдалена от объективной реальности.

Именно поэтому в фильме мы можем наблюдать за тем, как изо рта Лоранса вылетает тёмная бабочка, посреди ясного зимнего дня начинается дождь из разноцветных вещей, а квартира Фред, в один из наиболее депрессивных моментов картины, превращается в подобие Ниагарского водопада.

Персонажи постоянно оказываются то замкнутыми в узких рамках кадра, то, наоборот, — потерянными в огромных и пустых пространствах. А камера при этом движется предельно «неестественно», чтобы отобразить внутреннюю нестабильность героев.

Все эти визуальные элементы существуют только ради того, чтобы передать зрителю те эмоции, что переживают герои. И с этой задачей они справляются прекрасно.

 

Ад – это другие…

Тут мы сталкиваемся с ещё одной особенностью сюжета картины. Особенностью или, вернее, идеей, которая заложена в самом названии фильма.

Дело в том, что заглавный герой к концу картины не меняется. По крайней мере, внутренне. Да, он становится женщиной, но не перестаёт быть Лорансом. И как бы в подтверждение этой мысли, можно обратить внимание на то, что герой не меняет своего – явно мужского — имени.

Он остаётся всё тем же Лорансом. И это ещё более усложняет структуру внутренних терзаний Фред, которую я описывал ранее.  Героиня попадает в своеобразную экзистенциальную ловушку – она любит этого человека, но его внешние изменения не соответствуют тому образу Лоранса, что она же себе и нарисовала.

В похожую ловушку попадают почти все персонажи картины. Окружению Лоранса сложно принять его за того же человека. Они видят внешние трансформации и не могут понять, что перед ними стоит всё тот же самый Лоранс. При этом практически никто в фильме – за некоторыми исключениями – не проявляет к герою какой-либо открытой агрессии. Все действующие лица относят к нему, скорее, снисходительно, нежели враждебно.

Но как раз в этом и находится то самое зерно, из которого и появляются ростки дискриминации – Лоранса не воспринимают, как человека. Он более не вписывается в принятые обществом рамки. Проще говоря, он становится маргиналом в глазах других.

 

Метаконтекст

А теперь маленькое, но очень важное, лирическое отступление.

Готовясь к написанию этой статьи, я наткнулся на один интересный факт. Факт, который показался мне весьма показательным в контексте той темы, что поднимает фильм.

Дело в том, что «И всё же Лоранс», как и все предыдущие фильмы Долана, отправился в Канны. И там он был номинирован на премию «La Queer Palm» («Квир-пальма») – специальную награду жюри за освещение ЛГБТ и квир-тематики.

Ксавье Долан категорически отказался от этой премии.

«Мне противно, что существуют такие премии! В чём заключается «прогрессивность» этих наград? В «геттоизации» и «остракизме», в утверждении, что фильмы, снятые режиссёрами-геями обязательно принадлежат к отдельной категории «гей-фильмов»? Эти категории нас разделяют. Они дробят мир на маленькие закрытые сообщества. Мне никогда не нужна была «La Queer Palm». А они собираются мне её присудить. Никогда! В моих фильмах может присутствовать гомосексуализм, а может и не присутствовать».

Ксавье Долан

Абсолютно случайное происшествие, как нельзя лучше подчеркнуло идею самой картины. Ведь трагедия главного героя как раз и заключается в том, что он попал в отдельную категорию людей, с которыми принято по-другому общаться. И это «по-другому» не обязательно означает «враждебно». Сама по себе дифференциация людей и приводит к появлению того или иного вида дискриминации.

 

L’addition, s’il vous plaît! [2]

Выходит, что режиссёр не только своим фильмом, но и отказом от премии сознательно или, наоборот, подсознательно раскрывает более глубинную суть самого явления дискриминации.

Мы воспринимаем окружающих нас людей, как завершённые проекты – сущности или образы, которые мы сами себе и нарисовали. Мы часто видим не самого человека, а наше внутреннее восприятие его. И как только хотя бы одна деталь в образе, казалось бы, близкого нам человека трансформируется мы начинаем ощущать отторжение.

«И всё же Лоранс» — это фильм, который наилучшим образом показывает с чего начинается дискриминация. Этой точкой отсчёта является вовсе не агрессия или же страх чего-то непонятного, а склонность делить людей на «нормальных» и «маргиналов», делить их на мелкие категории с определёнными ярлычками.

Этой точкой отсчёта является наше желание видеть окружающих нас людей именно такими, какими мы хотим их видеть.

И если фильм Ксавье Долана поможет хотя бы одному человеку понять эту – на самом деле – простую истину, мир станет хотя бы на капельку лучше.

 

Трейлер фильма

 

[1] Une âme sœur (фр.) – вторая половинка

[2] L’addition, s’il vous plaît! (фр.) — счёт, пожалуйста!

Мишель ГОШАР


Я хочу (с)делать пожертвование(ия)

I want (to do donation

Я хочу зробити пожертвування

Call us!
Закрыть

Ваше имя *

Ваш эл. адрес *

Тема обращения

Ваше сообщение